Идет образцовый олигарх

Такая критика, в общем, не укладывается в рамки классической традиции. Энгельс, например, писал буквально следующее: “Люди, основавшие современное господство буржуазии, были всем чем угодно, но только не людьми буржуазно-ограниченными”. В написанном совместно с Марксом “Коммунистическом манифесте”, который должен был стать, по словам Ленина, “настольной книгой всякого сознательного рабочего”, утверждалось: “Буржуазия менее чем за 100 лет своего классового господства создала более многочисленные и более грандиозные производительные силы, чем все предшествующие поколения, вместе взятые”.

И, соображали классики, капитализм уже развился до такой степени, что перерос (экономически) в свою противоположность (социализм), а держится только усилиями государства — этого “общественного комитета по управлению делами буржуазии”. Поэтому — что думать? Трясти надо, и сочная груша упадет к нам, в мозолистые пролетарские руки.

Ленин, как известно, чертовски уважал Маркса с Энгельсом и по достоинству ценил высокий культурный уровень капстран (единственных в то время, да и, пожалуй, по сей день передовых), но сетовал, что его партии выпала скверная доля захватить власть в стране малокультурной: “Вся тяжесть русской революции состоит в том, что русскому революционному рабочему классу было гораздо легче начать, чем другим западноевропейским классам, но нам труднее продолжать. Там, в западноевропейских странах, начать революцию труднее, потому что против революционного пролетариата стоит высшая мысль культуры и рабочий класс находится в культурном рабстве”.

В общем, какой-то фрейдо-марксизм, ей богу!

Как известно, завершить, то есть закончить строительство нового общества не получилось. Сей исторический акт (одни это считают трагедией, другие, оценивая в категориях театральных, — трагикомедией) пришлось прервать. Не помогли ни ускорение, ни перестройка.

Ну, в общем, понятно, какое может быть настроение. В какую, пардон, щель его сублимировать? Поэтому голову долго ломать не пришлось. Сама жизнь подсказала: в капиталистическую. Не за колбасой же ехать на танках, как предлагали генералы-гэкачеписты!

К слову, жизнь, если ее не ломать, не навязывать ей разные умозрительные схемы, не ставить перед собой надуманных целей, очень скоро восстанавливает свое естественное течение. В берегах товарно-денежных отношений. Всего и понадобилось — принять указ о либерализации цен.

Не всех, правда, но только с ограниченными изъятиями. Изъятия пришлось ввести потому, что слишком многие персоны и институты склонны были себя считать социально суперважными, а ограничить для того, чтобы не создавать многокилометровую очередь. Дабы хоть в кои-то веки завершить процесс строительства.

Ведь и на этот раз страна не была готова. Потому как могли, так и сделали. Потому (прав Виктор Черномырдин, который тоже при этом стоял, но скромно в руках платочек не теребил. Не ждал, когда девушку заметят и на танец пригласят, — пер напролом) получилось как всегда.

И в этом “как всегда” остались и хрестоматийные дураки, и дороги. Но появилось и место для рынка, и остается место для пусть себе и управляемой, но демократии. Пока еще.

А на смену авантюрным уже приходят “буржуазно-ограниченные олигархи”. Ну, например, всегда образцово-советский Анатолий Карпов, который в смутное последефолтовское время приобрел крупнейшее газовое месторождение в Иркутской области.

Рискнул, говорит.

А если б не Гайдар с Чубайсом?

Было бы, как в Беларуси. Ни денег, ни олигархов.