Профессор идёт по следу: Москва. 2006 год

(патриотический роман) 

Серое осеннее небо сыпало на Москву дождём. На Киевский вокзал прибывали беженцы из Малороссии. Первыми шли иванофранковские учителя. Уволенные, обваренные кипятком в соседних кафе, с побитыми животами, многократно выкинутые из автобусов и маршруток. Выйдя на перрон, они целовали землю. За ними шли другие.

Глядя на них, Семёнов зябко поёжился. Сегодня он отпросился со службы, и не зря. Сам Иван Деникин - великий учёный-историк - взялся рассмотреть его дело.

Дойдя до Кутузовского проспекта, Семёнов постучал в нужные двери.

- Здравствуйте-здравствуйте, - гостеприимно приветствовал профессор. Он был в тапочках и халате, сшитых из старой красноармейской формы. На голове была видавшая виды будёновка с двуглавым орлом. - А я уж было подумал - не прийдёте.

- Да как можно, - улыбнулся Василий Семёнов. - У нас, чекистов, уговор дороже денег.

Они прошли в лабораторию.

- Я расследую дело об исчезновении моего дяди, - сказал Семёнов, располагаясь среди различных колб и перегонных аппаратов учёного. - Это было в 1983 году, в исконно-российском городе Харьков. Дядя служил в КГБ.

- Так-так, - внимательно слушал Деникин.

- У дяди было много секретных документов. Но у меня остался только этот обрывок бумаги. Дядя оставил его дома за день до исчезновения. Присмотритесь, на нём проступают какие-то странные знаки...

- Позвольте-ка? - профессор ловко выхватил клочёк бумаги и склонился над микроскопом. Василий заметил, что учёный заметно побледнел.

- Это - так называемый "тризубец", - сообщил Деникин.

- Тризубец? - удивился Семёнов.

- Символ украинствующих.

- Украинствующих? - недоверчиво переспросил Семёнов. - Но что могли делать украинствующие в русском городе Харьков до распада Советского Союза?

- Вот и я не пойму... Постойте... Снизу что-то написано... "Сла-ва"... "Украини"... Нет, нет! Не может быть!

- Вновь что-то про Малороссию? - настороженно спросил Семёнов...

ПРОДОЛЖЕНИЕ СЛЕДУЕТ