Его туркменский коллега президент Ниязов, запретив оперу и балет, добавил к списку подрывного искусства и музыкальные записи. Этому предшествовало его же решение о запрете на ношение бороды, золотых зубов и длинных волос и разделении жизни на 12-летние циклы, из которых период между 61-м и 73-м годом назван `возрастом вдохновения`. Ниязову повезло: ему как раз 64. Такое безумное поведение могло бы вызвать смех, если бы не трагедия народов, которыми правят безумцы.

И в то же время, в этом нет ничего необычного. В литературе можно найти массу примеров того, как болезненная неуверенность в себе толкает героев к безумию: от злобной королевы в сказке про Белоснежку до Вилли Вонка Роальда Даля (Roald Dahl), который под влиянием своей паранойи уволил всех работников фабрики, заменив их трутнеподобными Умпа Лумпами. А Сократа афиняне осудили за развращение умов молодежи. В ответ он принял яд.

Разумеется, в нормально мыслящих обществах цензура, если только она не вводится по объективным причинам, представляющим угрозу здоровью и безопасности его граждан (как, например, запрет на поцелуи, введенный Генрихом VI в 1439 г., чтобы предотвратить распространение чумы), ведет лишь к росту популярности того, что ей подвергается.