Когда иностранные журналисты спросили полковника-бедуина, как он относится
к фактическому обожествлению своей особы, тот скромно ответил:
— Что я могу сделать?! Мой народ настаивает на этом…

/ о Муаммаре бен Мухаммеде Абу Меньяре Абдель Салям бен Хамиде аль-Каддафи. /

1 Сентября 2004 года запомнился нам не только, как День знаний, но и как 35-летие Ливийской революции, точки отсчета великого эксперимента — построения третьего пути в отдельно взятой африканской стране. Президент Лукашенко, большой друг ливийского лидера, поздравил бессменного полковника Каддафи с национальным праздником. Пожелал ему всяческих успехов, наверное. Но чего же добился полковник со своим народом на этом третьем пути и что потерял. Это мы и попытаемся прояснить в этой статье.

Итак, Ливия — страна в Северной Африке, практически сплошная пустыня с 5-тимиллионным населением, в большей части потомками берберо-арабских племен кочевников. Не очень приятное место, где солнце палит круглый год, и где большую часть территории занимают пески Сахары. Казалось бы, дыра. Так и есть — только это нефтяная дыра. Под песками Сахары плещутся моря черного золота. Как мы поймем позже, именно в этом кроется маленький секрет больших побед Каддафи и его третьего пути.

Наша история начинается в 1969 году, когда не в меру активный молодой человек по фамилии Каддафи решил устроить заварушку в собственной стране. До этого, надо сказать, около 10 лет он активно занимался подпольной деятельностью. Даже в школе подросток Муаммар создал подполье из своих одноклассников. Тогда Ливия только освободилась от колониального владычества европейских держав. В стране установилась монархия, но брожение умов по поводу лучшей жизни не прекратилось. К тому же нашли в Ливии нефть, и потекли в страну нефтедоллары. Правда, оседали они в основном у местного монарха и его американо-английских патронов. Народу это, естественно, не нравилось, и в нем бурлила классовая ненависть.

Молодой Каддафи сам был из народа. Сын простого кочевника, водителя «кораблей пустыни», он тонко чувствовал все происходящее в стране. Каддафи был способным молодым человеком, много читал всякого рода социалистической и анархической литературы, любил историю, а главное — очень хотел власти. И сделал-таки капитан Каддафи эту самую революцию (как раз после нее он и стал вечным полковником), в День знаний сделал, что наверняка определило его желание искать сакральное знание — этакий третий путь Ливии. Кстати, он на 15 дней опередил своих коллег-военных, хотевших тоже путем революции построить в стране капитализм и загрести нефтедоллары себе. Момент был самый удачный, так как это было время позора арабского оружия. Семь арабских государств проиграли войну одному маленькому Израилю. Престолы под многими властителями арабских стран тогда зашатались. И пришел Муаммар, и решил все изменить в своей стране.

Сначала, прямо как во времена первых лет большевизма в России, всем управлял некий комитет во главе с нашим полковником. Но затем, почитав разных умных книжек, в т.ч. Ленина и Кропоткина, он понял главное: нужно опираться на широкие народные массы, иначе алчные капиталисты извне, обиженные на него национализацией ливийской «нефтянки», и внутренние враги народа вскоре лишат его власти. На это намекал также ряд покушений, совершенных на его жизнь в это время.

И в середине семидесятых полковник Каддафи произносит программную речь, где обязуется, прямо как Ленин, отдать народу «Власть, богатство и оружие». Оружие, естественно, для того, чтобы защищаться от множества своих личных внешних врагов. И чтобы народ не расслаблялся, государство переименовывается в Джамахирию (по-арабски — правление народа): выбираются народные комитеты и народные конгрессы (исполнительные и законодательные органы системы), упраздняются правительство и иные органы власти, посольства за рубежом становятся народными бюро. Каддафи официально отказывается от всех постов и становится только идеологом Ливийской революции, что не мешает ему концентрировать всю власть в своих руках.

Казалось бы, свершилось — народная демократия в действии. Но почему-то по-прежнему все ключевые функции управления ливийским обществом находятся у Каддафи и его соратников по революции.

Кроме того, для закрепления успеха полковник пишет в три приема Зеленую Книгу — свой труд, обосновывающий правильность этих подходов к управлению страной, так скажем, манифест ливийского третьего пути. Книжка ничего — доступным языком написана. Хоть звезд с неба не хватает (далеко ей до классиков коммунизма), но в обычном демагогическом стиле доказывает правильность сложившейся в Ливии модели. Можете почитать, если возникнет желание. В общем, все получилось. Страна оказалась во власти полковника, и её нефть тоже. И народ благодаря тому, что Каддафи не забывал с ним делиться доходами от продажи нефти, его любил, и любит по сей день. А кто не любил, тот покидал страну или пропадал…

Но вокруг страны клубились вражеские замыслы. Американцы и европейцы не очень верили в третий путь ливийской нации, а самое главное — в свободу его выбора. Кроме того, когда у вас отнимают ваше имущество, это тоже непросто пережить. А это было сделано Каддафи со многими западными бизнесменами. Но главное — любил полковник террористов, и не в меру любил. Поддерживал и палестинских, и ирландских, и африканских. Сейчас это называется «спонсировать терроризм», раньше проще — взорвал ни в чем не повинных граждан в империалистической Западной Европе, вот тебе хвала и почет соцлагеря — молодец, значит, идейный. Евреев невинных поубивал, хвала арабского мира.

Итак, Каддафи к середине 80-х годов уже нажил себе серьезную репутацию врага Запада и Израиля. И нефтяной кризис 70-х раздувал, и террористов спонсировал и засылал, самолеты взрывались на его деньги, дискотеки устраивались, и войны в регионе развязывались. И решил президент Рейган после очередного факта террора проучить его как следует. К тому времени в СССР как раз перестройка наступила, да и надоел Каддафи своей непоследовательностью во взглядах даже советским руководителям. Советский флот ушел от берегов Ливии, но прилетели американские и английские самолеты и неоднократно отбомбились. Это вкупе с санкциями запомнилось ливийцам надолго. И прекратили они свои террористические выходки.

Полковник в то время охладел к пан-арабской идее. Не принимали наследные монархи Востока его всерьез. Занялся он вопросом объединения народов Африки в Африканский Союз. Они люди бедные и нуждающиеся. Много нефтедолларов было потрачено на покупку различных режимов в Африке с целью их приобщения к ливийским ценностям.

Но самым гениальным ходом друга всех ливийцев явилось публичное покаяние после событий 11 Сентября для Блэйра и Буша и публичный отказ от разработки оружия массового поражения. Не дурак. Понял — откуда порохом пахнет. Лучше пару миллиардов уплатить цивилизованному миру за прошлые грехи, чем, как Хусейн, в тюрьме американской маяться. Но в том, что осознал и покаялся полковник в прошлых действиях, уверенности нет. До сих пор, по словам моего знакомого танзанийца, в Африке Ливия слывет, как главный спонсор самых кровожадных режимов и таких же повстанческих армий.

Экономика Ливии проста — продаем нефть и природный газ, получаем много денег. Сразу отщелкиваем около полутора миллиардов долларов на любимое детище — армию, на государственные расходы, да и народу можно пожертвовать. Народу там немного, а денег достаточно. Поэтому работает самый надежный способ обеспечения лояльности. Существенные вливания в социальные блага дают любовь народа. А денег пока хватает. Поэтому и функционирует этот путь. Но это, как вы понимаете, возможно, только в стране с подобными Ливии запасами нефти и относительно малым патриархальным населением. Например, в Кувейте и Саудовской Аравии тоже свои третьи нефтяные пути, хоть и монархические.

Так что не по пути нам с ливийцами. И не наш этот путь, хоть и третий.