Сегодня последний генсек и первый (и последний же) Президент страны, именовавшейся СССР, отмечает свой 77-ой день рождения. Михаил Горбачев является, пожалуй, одной из самых противоречивых политических фигур конца ХХ века. Если на Западе ему до сих рукоплещут, ласково именуя "Горби", то в большинстве стран бывшего Советского Союза отношение к нему, мягко говоря, не столь однозначное.читать дальше »

Александр Телевич, специально для «Третьего Пути»

Два года, еще до начала своего сотрудничества с Интернет-сайтом «Третий путь», я уже писал об уличных беспорядках, захлестнувших тогда улицы пригородов столицы Франции. Внешняя составляющая волнений, имевших место осенью минувшего года, вышла на новый уровень: теперь в полицейских уже стреляют. Изменились ли за два года причины, породившие «бунт в иммигрантских кварталах»? читать дальше »

Однажды Александр Григорьевич пытался вести великосветскую беседу с Председателем КГБ Юрием Викторовичем Жадобиным. Разговор не хотел клеиться, поскольку описание разгона протестующих ипэшников вызывало у Лучшего Друга Предпринимателей непроизвольную зевоту, да еще стойкое ощущение Déjà vu.

- Слушай, хвацит уже аб этам. А то у меня вазникает чуства, што мы в Матрыцы, а ты – агент Смит на пенсии.читать дальше »

Однажды Александр Григорьевич думал, как заставить Страну сделать мощный рывок экономики:

- Нада будит прадаць што-нибудь ненужнае, – с тревогой в душе размышлял он, рассеянно глядя на недавно подаренный Филаретом Образ Христа Спасителя, – а еще лучше сдать в аренду. Что мне не нужна? О, таксапарки, на што ани мне?! Стоп, их же Кебич прадал, старый чорт...читать дальше »

Однажды председатель Консервативно-христианской партии БНФ, а по совместительству Настоящий Национальный Лидер Зенон Станиславович Позняк (подпольная кличка – «Зянон»), предавался размышлениям, под хорошую сигару неспешно потягивая «Джонни Пешехода». Мысли его были несгибаемы и весомы, подобно глыбам гранита, ибо велика была тревога лидера за судьбы покинутой Нации:

- Этот Александр Григорьевич, этот нехороший человек... хочет украсть у меня Национальную Идею! Редиска!!!читать дальше »

Однажды боец неслышимого фронта, как называют сотрудниц Информационного Агентства радиостанции Эхо Москвы (также прозванного «розарием» из-за обилия молодых и красивых девушек) Евгения Эн много раз подряд набирала телефонный код Страны. Ей очень хотелось получить комментарий по поводу давнишнего слуха и грядущего визита, вот только получить его в Администрации оказалось делом непростым. читать дальше »

Однажды заместитель председателя партии БНФ Алексей Анатольевич Михалевич (подпольная кличка – «Алесь») ворвался в управу с горящим взором. Затащив второго заместителя Виктора Антоновича Ивашкевича (подпольная кличка – «Ивашка») в кабинет, в котором уже находился председатель БНФ Валентин Григорьевич Вячорка (подпольная кличка – «Винцук»). Там Алексей Анатольевич раздал коллегам листы с неким текстом и стал с нетерпением ждать, когда они его прочтут.читать дальше »

Однажды Александр Григорьевич устал и решил побродить по просторам Живого Журнала. Нужно признаться, что в этот день это не принесло ему обычного удовольствия, поскольку изрядно раздражало количество сообщений о российских выборах и обсуждений какого-то супа.

«Штоли пагаварыць больше не о чым? И написали бы толкам, што за суп. Боршч, харчо, щи, или што?» – недовольно морщился Лучший Суповед Страны, пролистывая страницу за страницей.читать дальше »

Однажды Александр Григорьевич держал на коленях персональный ноутбук и писал в Живом Журнале политического обозревателя Александра Иосифовича Федуты анонимный комментарий: «Праклятый эма! ты взял себе аватару с умкай, каторую хацел я!». Он как раз размышлял над тем, как в данном контексте правильнее писать – «аватару», или «аватара», как вдруг его отвлек от государственных мыслей звонок персонального мобильника.читать дальше »

Однажды Александр Григорьевич сидел в своем кабинете и точил простой карандаш бритвенным лезвием «Нева». Он любил, когда острие получалось длинным и гладким, поэтому действовал аккуратно и не спеша. Несколько раз хрупкий грифель ломался, и приходилось все начинать сначала, но спустя полчаса карандаш достиг желаемого идеала.

«И некаму дажа ацанить мой титаничыский труд», – с легким сожалением подумал Лучший Точильщик Страны, поднимаясь из-за стола и вытирая со лба выступившие капли пота.читать дальше »